Вопрос есть, ответа нет

"Вопрос есть, ответа нет."

Один из моих учеников послал мне вчера вопрос:
«Добрый вечер! У нас в Екатеринбурге панику устроили по поводу эпидемии кори. Требуют массово прививки ставить населению. Хотелось Ваше мнение услышать!»

Мне было 22 года, когда на одном из занятий по инфекционным болезням мне в приемном покое больницы им.Боткина случилось собирать анамнез у симпатичной девушки. Худенькая, с милой улыбкой, двадцатилетняя красавица мне очень понравилась, и намного больше, чем ее «несерьезный» диагноз корь. Я ничего не боялся - я ведь привитой, и я будущий эскулап! Пробовал начать говорить комплименты, но строгая и молодая медсестра приемного покоя зорко следила за мною. Я собрал жалобы, анамнез и оформил историю болезни. Через 10 дней знакомая уже медсестра в этом же боксе оформляла и мне историю болезни со «смешным» диагнозом - корь. Она меня вспомнила и весело рассмеялась. Палата на четверых закрывалась снаружи, в ней был туалет и ванная. Температура держалась 41,5 градусов ночью и днем снижалась до 40 градусов, разговоры собратьев по несчастью доносились отдаленно, и мое сознание блуждало в тумане. За неделю пребывания поставили две капельницы и давали немного таблетированной дряни, которая никак не действовала на мою лихорадку. Температура 41,5 градусов изматывала, и хотелось пить. Те соки, что принесли мне мои друзья студенты, быстро стали негодными, так как мелкие таракашки очень проворно забирались в открытую емкость. Наблюдая, как они барахтаются в стакане с водой, я пытался вспомнить того, кто открыл закон поверхностного натяжения в жидкостях. Если бы поверхностного натяжения не было, то голодные звери могли бы легко покинуть стакан и не портить его содержимое. Иногда, держась за стены, добирался до туалета и пил воду прямо из крана. На восьмой день температура спала до 38 градусов, и я понял, что здоров. На утреннем обходе я сказал лечащему доктору, что здоров и хочу домой. «Еще рано, не положено», - отрезала она. На следующий день температура была уже 37 градусов. На обходе я доложил лечащему врачу, что закончил изучать детские инфекционные болезни и ухожу. Моя будущая коллега немного опешила и промяукала еле слышно: «От нас не уходят, мы выписываем, а Вам еще не положено». Я посмотрел на нею, сжал челюсти и прорычал не открывая рта: «Палата на втором этаже - это совсем не высоко для спортивного парня. Если мне в течение часа не принесут одежду, то несмотря на март месяц, я уйду. Уйду в пижаме и босиком». Я не пугал ее, я на самом деле решил уйти и покинуть этот зверинец под названием инфекционная больница. Мне сделали рентген легких, вернули одежду, обувь и через час отпустили домой. Помню, как выходил за ворота больницы, помню сугробы в черной корке на тротуаре, как светило яркое мартовское солнце. Денег на троллейбус не было, и я шел пешком, пошатываясь от легкости в голове. Я был счастлив.

Я слышал, что 95% процентов заболевших корью - это привитые. Как они болеют я испытал на себе. Интересно, как протекает заболевание у 5% непривитых. Почему об этом не рассказывают, а пугают, пугают, пугают... Где честная и открытая статистика?

Пусть опыт моих ошибок поможет другим.
Шарапов К.В.
7 декабря 2016